12:39 

Ватсон изучает Шекспира

Лотильда
Vulpes pilum mutat, non mores
22.05.2014 в 09:54
Пишет MirrinMinttu:

"The Adventure of the Bloody Tower" - доктор Ватсон изучает Шекспира
В следующей главе Ватсон очень кстати получает письмо из Оксфорда, в котором коллеги его оппонента, испытывающие некоторую неловкость за инцидент, кое-что пишут ему относительно пьес Шекспира. Они считают, что третья часть «Генриха Шестого» была написана в 1591 или 1592 году, а «Ричард Третий» - сразу в 1593.



В библиотеке Оксфорда нашлись комментарии, из которых следует, что для работы Шекспир использовал «Союз Благородных и Блистательных Семейств Ланкастеров и Йорков» Эдварда Холла (1548) и «Хроники Англии, Шотландии и Ирландии» Рафаэля Холиншеда (1587). Холиншед в своих «Хрониках» буквально следует рассказу Холла в части о Ричарде Третьем, а Холл – Томасу Мору и, в части, рассказывающей о событиях после коронации Ричарда, «Истории Англии» Полидора Виргила. По сути, Холл в своей работе просто скопировал большую часть написанного Мором.

Далее оксфордцы поясняют, что иногда утверждается, что Мор учился в Оксфорде, но ни в каких списках студентов Оксфорда имя его не найдено. Его правнук, между прочим, писал, что Мор учился в Кентерберийском Колледже под эгидой бенедиктинцев, а отнюдь не в Оксфорде.

Учёные задаются вопросом, что если мрачное представление Шекспира о Ричарде имеет корни в сочинении Мора, то из какой почвы бьют источники самого Мора? Мору было пять лет, когда Ричард был коронован, и семь лет, когда Ричард был убит. Свою «Историю Ричарда Третьего» мастер Томас написал около 1513 года, то есть, почти через тридцать лет после событий, о которых он пишет. «Мы тут думаем, доктор Ватсон, не черпал ли Мор свою воду из отравленного источника? И если да, то где – или, вернее, кто – был этим источником?»

Так что перед встречей с Мармадьюком Хорниджем у Ватсона уже был кое-какой материал для раздумий, помимо перечитанных пьес Шекспира. Хорнидж начинает разговор с того, что Шекспира следует воспринимать как драматурга, но не как историка. Например, тот же «Макбет» - просто лёгкая пародия на историю Шотландии, и характеры в этой мелодраме мало относятся к реальности. Как драматург, Шекспир прекрасен, но в отношении к истории он позволяет себе очень большую степень свободы.

Для начала, Ричард изображается во второй части «Генриха Шестого» как взрослый человек на момент казни повстанца Джека Кэйда. Но Кэйд был казнён в 1450 году, а Ричард родился только в 1452. Ричард также изображается закалённым воином в битве при Сент-Олбанс, в которой он, по произволу Шекспира, убивает герцога Сомерсета (”Priests pray for enemies, but princes kill”). На самом деле, на момент битвы Ричарду не было и двух лет. Описывая битву при Вэйкфилде, Шекспир помещает Ричарда в замок Сандал, причём Ричард у него уже тогда мечтает о короне: ”And father, do but think how sweet a thing it is to wear a Crown”. На самом деле, тогда, в 1460, Ричарду было восемь лет, и он не участвовал в походе отца, а находился при матери. О чём бы он в тот момент ни мечтал, вряд ли он мог оптимистично думать относительно своего будущего в данном ключе: ”Why, I can smile, and murther whiles I smile”.

У Шекспира Ричард участвует в каждой битве своего брата Эдварда, начиная с битв у Мортимер Кросс и при Таутоне. На самом деле, мало того, что тогда Ричард был ещё мелюзгой даже для роли пажа, но его и в Англии-то не было – он был на континенте.

В «Ричарде Третьем» Шекспир, создающий непрерывность событий, располагает хронологию фактов в совершенно произвольном порядке. Сразу в первом акте первой сцены арест Джорджа Кларенса следует немедленно за убийством Генриха Шестого. На самом деле, Генрих был убит в 1471 году, а Кларенса заключили в Тауэр в 1477.

У Шекспира арест Кларенса предшествует женитьбе Ричарда на Анне Невилл, но Ричард в реале женился на Анне в 1472 году.

У Шекспира Кларенса арестовывает сэр Роберт Брэкенбери, хотя сэр Роберт стал коннетаблем Тауэра только в 1483 году, через шесть лет после ареста Кларенса. И в той же самой сцене мы узнаём, что король Эдвард болен и близок к смерти. На самом деле, Эдвард заболел и умер в 1483 году, но никак не в 1477.

Босуорт у Шекспира случился в ноябре 1485 года, а в реале – в августе.

Шекспир не менее вольно обращается и с возрастом персонажей, и с датами их смерти. Жена Джорджа Кларенса у него жива на момент ареста герцога, а на самом деле она умерла в декабре 1476 года. Маргарет Анжу у Шекспира жива и находится в Англии в 1483 году, хотя в действительности она умерла во Франции в 1482 году, а Англию разжалованная королева покинула и вовсе в 1475 году.

Сыну Кларенса было до трёх лет, когда его отца казнили, и Ричард приютил детей брата. У Шекспира сыну Кларенса лет больше, и Ричард заточает его в заключение: ”The son of Clarence have I pent up close”. Вот Генрих Седьмой мальчика действительно арестовал. И казнил. У Шекспира Ричард намеренно выдаёт дочь Кларенса за какое-то ничтожество, хотя Маргарет вышла замуж только через десять лет, и брак ей устроила мать Генриха Седьмого. А Генрих Восьмой леди Маргарет казнил.

Во второй сцене второго акта Кларенс и король Эдвард умирают в одно время. На самом деле, Кларенс был казнён в 1478 году, а Эдвард умер в 1483.

Не лучше у барда дела обстоят и с географией. Ричард появляется на сцене одновременно с графом Риверсом и герцогом Бэкингемом. Хотя в реале в тот момент Ричард был на севере, Бэкингем в Уэльсе, а Риверс – в Ладлоу Кастл.

И Ричард, и Маргарет Анжу у Шекспира утверждают, что экс-королева была изгнана под страхом смерти. На самом деле, Франции пришлось эту даму выкупать.

Шекспир называет лорда Стэнли лордом Дерби, хотя этот титул дал Стэнли только Генрих Седьмой.

У Шекспира Риверс и Грей заключены в Понтефракт, в реале Риверс был в Шериф Хаттон, а Грей – в Миддлхеме. В Понтефракт их перевели позже, перед казнью. И они вовсе не были казнены в один день с Гастингсом, расставшимся с головой в Лондоне.

В знаменитейшей скандальной сцене соблазнения леди Анны (первый акт, вторая сцена), Ричард встречает её по дороге на похороны Генриха Шестого, которого Ричард, предполагается, собственноручно убил, как и мужа Анны – принца Эдварда. Анна выпаливает в Ричарда практически весь существующий на то время запас ненормативной лексики и отсылает пойти и повеситься.

Ричард, тем не менее, вешаться не идёт, а успешно соблазняет Анну буквально над трупом её тестя, хотя не отрицает того, что он – убийца. Правда, убийство мужа он пытается переложить на брата-короля, но Анна выкрикивает, что Маргарет Анжуйская своими глазами видела убийство:
- I did not kill your husband
- Why, then, he is alive
- Nay, he is dead; and slain by Edward’s hand
- In thy foul throat thou liest; Queen Margaret saw
Thy murderous falchion smoking in his blood

На самом деле, Маргарет не видела и не могла видеть дымящийся от крови сына меч Ричарда – её не было на поле битвы, и её не было в числе пленных сразу после битвы. Она, как и Анна, находились в аббатстве, откуда их забрал через три дня Стэнли.

Но сама сцена довольно любопытна. Она драматична и нелогична. Анна плюёт в Ричарда желая, «чтобы её слюна была смертельным ядом», но в конце принимает и предложение Ричарда, и его кольцо. (От себя: насколько эта трактовка истории Шекспиром повлияла на суждения нашего современника, историка Майкла Хикса, который в своей биографии Анны даёт ей убийственные оценки в плане морали?). В любом случае, в реале подобная встреча просто не могла произойти. Тело мёртвого короля было доставлено в Чертси по воде, так что идти за гробом Анна не могла. Во-вторых, Ричард тогда был в Кенте, а не в Лондоне.

Хорнидж напоминает Ватсону, что, насколько известно, никто из современных Ричарду хронистов и не обвинял его в убийстве принца Эдварда. Далее, у Шекспира принц упоминается как погибший месяца три назад, когда как между смертью принца и смертью его отца прошло менее трёх недель.

Не убивал Ричард и отца Анны, лорда Варвика. В битве при Барнете, насколько известно, они находились в совершенно разных местах. В этом убийстве Ричарда обвиняет один только Шекспир. Что касается самой Анны, то у Шекспира Ричард повинен в смерти Анны, причём в пьесе она умирает года на два раньше, чем в реале. Опять же, нет никаких исторических доказательств того, что Анна и Ричард не поженились по доброй воле и не жили в согласии. Есть доказательства обратного.

По мнению Хорниджа, утверждая, что Ричард убил лорда Варвика, принца Эдварда, короля Генриха Шестого и леди Анну, Шекспир уже не просто «телескопирует» события, удаляя и сближая их произвольно. Здесь Шекспир уже лепит историю по собственному произволу.

То же самое и с историей «принцев-из-Башни». У Шекспира, Ричард инструктирует Тирелла убить ”two deep enemies… those bastards in the Tower”. Эта история взята прямиком у Мора, хотя совершенно неизвестно, были ли принцы вообще убиты, а если да, то когда, кем, где и как.

У Шекспира, это Ричард посылает двух наёмных убийц к Кларенсу, находящемуся в заключении, и эта история выдумана целиком и полностью. Драматично, но просто сфабриковано самим Шекспиром.

- Но это же просто нечестно! – выкрикивает доктор Ватсон. – Это же мошенничество!

Хорнидж советует доктору взглянуть не на детали пьесы, а на пьесу как проповедь о добре и зле, где зло должно быть сокрушено. Отсюда портрет Ричарда как чудовищно уродливого негодяя, отсюда приписываемые ему злодейства. В конце концов, эти пьесы писались для простого люда, для публики елизаветинских театров, и поэтому имеют тесное родство со средневековыми мистериями. Они развлекательны, и таковыми они были изначально задуманы.

Не говоря уже о том, что Шекспир в любом случае имел под рукой только очень ограниченный исторический материал. У него была работа Мора, увидевшая свет после казни отставного лорда-канцлера. Работа, содержащая столько ошибок, столько пропусков на месте имён, что некоторые даже подозревают, что «История Ричарда Третьего» никогда не задумывалась как академический труд, а была, по сути, упражнением учёного в различных стилях слога.

Работа Мора появилась в печати в 1543 году, в качестве прозаического продолжения поэмы Джона Хардинга «Хроники». Напечатал книгу Ричард Графтон. Тот же Ричард Графтон напечатал в 1548 году и книгу Эдварда Холла, которая в значительной степени является плагиатом с книги Мора с вкраплениями плагиата с Полидора Виргила. История Виргила была опубликована в 1535 году. В 1557 году племянник Мора, Уильям Растелл, опубликовал, как он утверждал, «правильную» Историю Мора, отметив, что версии Графтона полны ошибок и искажений. Графтон, тем не менее, опубликовал в 1567 году свои собственные Хроники, включающие Историю Мора в старом изложении, добавив к ней истории Холла. И в 1587 году именно эти Хроники Холиншед включает в свои Хроники Англии, Шотландии и Ирландии. А Шекспир, как известно, пользовался именно Хрониками Холиншеда в качестве исторического материала для своих пьес.

Что касается сочинения Виргила, то оно может носить гордое имя Истории Англии, но является оно теми же тезисами о добре и зле и о наказании за злые деяния. В конце концов, не лишним будет помнить и то, что Виргил писал их по заказу Генриха Седьмого.

Вообще тюдоровские «историки» писали не историю в том смысле, как мы понимаем это слово сейчас. Они не рассматривали историю как изложение объективных фактов. Они писали лекции на тему морали, устанавливая ценности и коды поведения, которым должен следовать человек.

Трагедии Шекспира – это традиционные трагедии Сенеки с использованием всех возможностей театра времён Шекспира и с вкраплениями комедийного элемента. Поэтому они популярны уже сотни лет.

Ватсон возражает, что, тем не менее, трагедии Шекспира являются пропагандой лжи, которую невинный зритель воспринимает как реальную историю. Хорнидж соглашается, цитируя высказывание одного из комментаторов по Шекспиру, Перегрина Кортни: «Молодёжь Англии составляет своё мнение о религии по Милтону, и об истории – по Шекспиру».

Строго говоря, Шекспир не придумал свои истории. Он написал их согласно историческим источникам, ему известным, и согласно бытующим в его время общим представлениям об истории. Несомненно, во времена Шекспира люди думали о Ричарде как об убийце маленьких принцев, узурпировавшем трон. Хорнидж напоминает, что даже в их современности Вальтер Скотт, например, подписывается под этим мнением, хотя и замечает, что Шекспир «перевернул историю с ног на голову, или, вернее, вывернул её наизнанку».

Под конец разговора Ватсон упоминает о существующем мнении, что Мор не был автором Истории Ричарда Третьего. «А кто же её написал, - пожимает плечами Хорнидж, - Генрих Седьмой что ли?» И заканчивает разговор напоминанием, что историю пишут победители.


URL записи

@темы: Шекспироведение, Статьи, Исторические хроники

Комментирование для вас недоступно.
Для того, чтобы получить возможность комментировать, авторизуйтесь:
 
РегистрацияЗабыли пароль?

Клуб любителей творчества Шекспира

главная